Вах получил деньги за бой с Кличко и охладел к боксу

Вах получил деньги за бой с Кличко и охладел к боксу

Уличенный в применении допинга поляк Мариуш Вах отказался проходить проверку на детекторе лжи

Экс-претендент на титул чемпиона мира в супертяжелом весе поляк Мариуш Вах рассказал в интервью изданию Polska the Times о том, какие последствия повлек за собой скандал об обнаруженном в его организме допинге:

— На 15 января у Вас зарезервирован билет в США. Вы возобновите тренировки в Global Boxing cогласно плану?
— Пока не знаю. Я все еще жду решения Федерации немецкого бокса относительно санкции, которая будет на меня наложена. От этого зависит, паковать ли чемоданы.

— А если Вы до 15 января не получите вердикта?
— Тогда мне придется перенести вылет, тем более, что после операции на стопе я еще некоторое время не смогу тренироваться.

— Вы не могли бы наконец рассказать, какой вид анаболических стероидов был обнаружен в Вашем организме?
— Сам я об этом уже узнал, но говорить на эту тему мне запрещено.

— Концентрация допинга была высокой?
— Насколько мне известно, обнаружено было минимальное его количество. Во всяком случае, так мне об этом сказали, потому что своими глазами я этой информации не видел. К тому же я не разбираюсь в таких вещах.

— Нелегальная субстанция вводилась в Ваш организм в течение долгого времени?
— Наверное. Под самым сильным подозрением находятся тренеры, но мне трудно сказать что-то определенное. По этому делу я планирую провести собственные расследования, но пока я никого не хочу обвинять публично.

— Круг подозреваемых расширился?
— Помимо Хуана де Леона и Мартина Махулы в моей подготовке принимали участие многие лица. У меня нет полной уверенности в том, что касается этих людей.

— Чем больше проходит времени, тем более пристально Вы смотрите на руки наставников?
— Видимо, так и есть, но я такой человек, который никого не станет очернять, не имея уверенности в чьей-то вине и убедительных ее доказательств.

— В конечном итоге, Вам приклеили метку химика и Вам приходится искать аргументы в свою защиту...
— Поэтому я на некоторое время вообще перестал появляться в СМИ. Я убедился не раз и не два, что это не имеет смысла, вот и сделал шаг назад.

— Люди Вам не верят, потому что каждый уличенный в допинге спортсмен до конца стоит на своей невиновности.
— Я получил предложение от одной из газет пройти тест на детекторе лжи. Я отказался, так как знаю, что такой шаг было бы лакомым куском для СМИ. В ответе меня унизили. Пусть предлагают такие кричащие методы тем, кого подозревают в убийстве. Я не собираюсь с ними дискутировать.

— Вас поддерживает боксерское сообщество?
— С этим по-разному. Многие спортсмены поздравили меня с праздниками, но сейчас я вижу, что часть из них явно отвернулась. Видимо, они получили такой приказ сверху.

— От кого?
— В польском боксе есть влиятельные люди.

— Ваше сердце потеряно для бокса?
— Должен признаться, что так оно и есть. За последние 2 месяца я смотрел лишь бой Томаша Адамека. Трансляций других боев я не искал и вообще перестал интересоваться событиями этого вида спорта. Я не тренируюсь по принуждению, поэтому в зал меня не тянет, хотя сегодня (в пятницу) поеду поговорить с парнями, например, с Мартином Выкой, ассистентом в моей школе.

— Вас одолевают мысли об окончании карьеры?
— Думаю, это пройдет. Меня очень поддерживают семья, друзья и близкие знакомые, которые твердят, что мне нельзя сдаваться. В четверг я был в зале на Висле на тренировке секции борьбы. Пока что я оставил себе мостик к возвращению в бокс как зритель, может быть, я начну тренировки в секции борьбы. После такого инцидента мне нужно время, чтобы прийти в себя, а карьеру я буду отстраивать небольшими шагами. Я хотел бы еще провести несколько боев.

— В Вашем новом доме идут заключительные работы?
— Если честно, это ещё одна болячка (смех). Именно сейчас нужно особенно много труда, чтобы подвести дом под ключ. Там все время работает ремонтная бригада и, похоже, мы сможем заселиться еще в этом году.

— Гонорар за бой с Кличко уже находится в Вашем распоряжении?
— Да, деньги поступили на мой счет в рамках, более-менее близких к оговоренным.

— Ваш гонорар урезали?
— Немного. Сначала договоренности были другими, потом оказалось, что существуют некие недосказанности, но в общем получилось хорошо.